Татьяна Набатникова. Проза женская и русская

После выхода прошлого материала в рубрике "Книжная полка" на одной из личных страниц в соцсетях меня спросили: "Почему вы так много читаете про богов?" Размышляя над этим вопросом, поняла, что, действительно, богов в моих рецензиях больше, чем женщин (их, собственно, было всего полторы - Розамунда Пилчер и Джоанг Роулинг, начавшая печататься под мужским псевдонимом). А как же современная русская женская литература? Спросила я саму себя.

Сегодня мы и восполним этот пробел. Нет, мы не будем говорить об ироническом детективе ( не к ночи будь помянут) или "женском романе". Мы возьмём с полки рассказы Татьяны Набатниковой, поскольку она отвечает всем трём требованиям.

Что касается современности, то родилась Татьяна в 1948 году, ведёт свой блог в ЖЖ и вообще славится активной сетевой жизнью.

"Роман "в реальном масштабе времени", как раньше говорили, или онлайн, как говорят теперь, к тому же интерактивный – чего ещё можно желать? Эта форма наиболее полно отвечает моим представлениям о писательстве".

Русскость Татьяны проявляется не только в том, что пишет она на русском языке.

"Вот рождается мальчик какого-то имперского народа – китайского, положим, немецкого или русского. У него в крови записана сверхзадача: он должен пойти и погибнуть, но той пядью земли, куда упадут его кости, его империя прирастёт. А рождается мальчик какого-то подавляемого и подчинённого народа, кровь диктует ему совсем другую задачу: выжить любой ценой и сохранить генетический код. Поведение этих двух мальчиков будет совершенно разным. И иерархия ценностей будет разная. Для имперского мальчика на первом месте будет бог, на втором государство и только на самом последнем он сам, грешный. А для второго мальчика будет всё наоборот: на первом месте он, носитель генокода, на втором месте государство, ну и где-то там бог, если на него останется.

Мы сами даже не вольны в выборе политической позиции. Этот выбор определяет популяция, история, код, записанный в крови. Для меня государство однозначно ценнее и важнее отдельной личности. Вы скажете, вот потому-то личность у нас и попирается так беззастенчиво! Да, отвечу я вам с горечью и смирением, вот именно поэтому. И с этим ничего не поделаешь". (Из интервью Захару Прилепину).

Ну и, конечно, её проза женская по определению.

"Спор "и поединок роковой" мужчин и женщин – ну как, чем нам мериться, если у одних длина, а у других глубина. И Аня Козлова хороша, и Шаргунов, и Елинек, и Проханов". (Из интервью Захару Прилепину).

Знакомство с её творчеством у меня началось при странных обстоятельствах.

Еще в юности прочла сборник рассказов "На золотом крыльце сидели... " Татьяны, как я запомнила тогда, Толстой. Спустя годы мне вновь попалась в руки книжка с рассказами "На золотом крыльце сидели" Татьяны, как значилось на обложке, Набатниковой. Я решила, что в первый раз просто не запомнила новое для себя имя, решив, что раз Татьяна, значит, Толстая. Начав читать книгу, как мне казалось, из юности, поняла, что "Крыльцо-то" ненастоящее. Вернее не то, которое я ожидала. В общем выяснилось, что в том же 1987 году, что и у Татьяны Набатниковой, вышел первый сборник рассказов Татьяны Толстой с тем же названием "На золотом крыльце сидели". Причём, по утверждению Толстой, банальное название было навязано ей издательством: она предполагала дать название сборнику по другому своему рассказу - "Река Оккервиль" (что осуществила через двенадцать лет, в 1999 году).

Кстати, и сегодня Татьяна Набатникова гораздо менее известна, чем Татьяна Толстая. И уж тем более, чем представительницы того самого "ироничного детектива".

"Я не читала ни одного романа Донцовой. Но мне пришлось прочесть в качестве эксперта пару романов Ирины Муравьёвой, и я поняла, чем она увлекает читателя. Она ставит меня к замочной скважине, заставляет туда заглянуть, и при этом как бы говорит: "Ну вот, посмотри, какие там люди - они хорошие, добрые... их жалко". Да, это сплетня, но сплетничает Муравьёва, как добрый человек, на достаточно высоком художественном уровне. Ты переживаешь какое-то женское шушуканье, но не злое, не брызжущее ядом, а именно какое-то добродушное. Ты сопереживаешь этим людям, и в то же время ты чувствуешь, что ты выше этих героев, потому что тебе удалось избежать тех неприятностей, ошибок и бед, в которые она их ввергает. И ты получаешь читательский кайф, комфортное душевное состояние. Ты вроде бы здесь и посплетничал, и пожалел кого-то, и на моральной высоте оказался; ты не унижен, не оскорблён, и тебе чернуху никакую не показали.

Муравьёву я читала профессионально, добровольно я не стала бы это делать. Я прочитала и поняла, в чём заключается загадка читательской привязанности. Общеизвестно, что сейчас выходит несколько десятков тысяч наименований книг в год. Идёт настоящая битва за читателя. И выигрывают в этой битве такие, как Ирина Муравьёва и Дарья Донцова. Я высоко чту это их умение завоевать читателя, завоевать клиента. Ну а остальные - кто это делать не умеет - так им и надо". (из интервью Илье Колодяжному).

Как видите, сегодня в нарушение традиций мы говорим не о книге, а о писателе. Дело в том, что и от текстов Набатниковой, и от интервью остаются схожие ощущения. Ощущение доброжелательности, сдержанности, точности формулировки и какой-то ложной простоты, за которой скрываются огромная эрудиция, наблюдательность и чуткость. Так что не важно, что именно вы будете читать у Набатниковой. За одним исключением.

"В начале 1990-х годов я написала коммерческий роман "Не родись красивой", вышедший в Ростове-на-Дону и имевший успех. Но потом я этот эксперимент больше не повторяла. Мне было неинтересно. Я поняла, что это не то, чем я должна заниматься". (из интервью Илье Колодяжному).

Впрочем, вполне возможно, что вы уже знакомы с творчеством Татьяны Набатниковой. Если вы читали романы "Алчность" и "Дети мёртвых" Эльфриды Елинек, то, скорее, в её переводе. Если вы читали какой-нибудь роман Андреаса Эшбаха, то, скорее всего, тоже в её. "Бесконечная книга" Михаэля Энде - тоже.

И еще одно, обратили внимание, что в этом тексте проставлены все буквы ё?

Это тоже в честь Набатниковой - активной сторонницы ёфикации русского языка. Писателей она разделяет на две группы: одни используют букву ё, других приходится читать с трудом.



Комментарии:

На нашем сайте нельзя:
- нецензурно выражаться
- публиковать оскорбления в чей-либо адрес, в том числе комментаторов
- угрожать явно или неявно любому лицу, в том числе "встретиться, чтобы поговорить"
- публиковать компромат без готовности предоставить доказательства или свидетельские показания
- публиковать комментарии, противоречащие законодательству КР
- публиковать комментарии в транслите
- выделять комментарии заглавным шрифтом
- публиковать оскорбительные комментарии, связанные с национальной принадлежностью, вероисповеданием
- писать под одной новостью комментарии под разными никами